Косточкина Н.Н.

"Вишневый сад"
А.П.Чехов

"Современник", реж.Галина Волчек

2003

(7 постов с форума "Современника" в ответ на письмо Иры)

1

Ирина, спасибо за письмо, которое с новой силой всколыхнуло все то, что живет внутри в связи с «Вишневым садом», потому что твое, как всегда, во многом созвучно моему! После того, как я впервые посмотрела «Вишневый сад» в «Современнике» и заболела им, вообще этой пьесой Чехова, я видела не одну постановку (чаще, увы, только в отрывках). И старые, например, с Руфиной Нифонтовой или эфросовский (один из самых интересных для меня спектаклей) с Аллой Демидовой и Высоцким… и новые, идущие сейчас. Самыми последними отрывками, которые удалось увидеть, были из “В.С” Някрошюса и несколько кадров в передаче “Магия”, где Раневскую играла Светлана Крючкова. И в каждом из них были свои находки, свои удачи… Раневская Демидовой, Лопахин Высоцкого, Фирс Евстигнеева… Наверное, все предшествующее дает почву, импульс для нового… Не знаю, но лучшего, более гармоничного (в смысле самого удачного попадания в чеховскую атмосферу— по интонациям, ритму, ощущениям) “Вишневого сада”, чем спектакль “Современника” я не знаю. В других постановках мне всегда чего—то не достает… А здесь все сошлось! Наверное, не случайно, что в год 100—летнего юбилея пьесы на обложке “Театральной афиши” оказалась фотография именно из этого “Вишневого сада”, тогда как в одной Москве их играется несколько десятков, наверное.

 

2

Раневская… Замечательная актриса — О.Остроумова— может сыграть тончайшие переходы душевного состояния своей героини — от веселости до трагедии, но.. не достает ей той волшебной легкости, той воздушности, той полной оторванности от земли, с которой — нет, не появляется, не входит (как в ремарках у Чехова), а просто вылетает на сцену Раневская Нееловой! Остроумова кажется мне слишком тяжеловесной с самого начала, как будто все уже понимает с самой первой минуты, горе уже давит на ее плечи. Не получается того восторженного, упоительного возвращения домой,  в сад, в детскую, к столику, к шкафику…( Что уж говорить о Раневской И.Муравьевой или С.Крючковой?! Относясь с огромным уважением к их профессиональным возможностям, я в данном случае лишь пожимаю плечами.) Раневская так окрылена встречей с домом, что все у нее    л—е—г—к—о—е     в этот момент, даже предметы теряют свою привычную тяжесть (“Шкафик мой”, “Столик мой”) И люди… “Ненаглядная дитюся моя” (дочери), “Спасибо, мой старичок” (Фирсу). Так радуются только дети… и, наверное, еще поэты (потому так люблю набоковские строки “Мои деревья, ветер мой, и слезы чудные,и слово— непостижимое “Домой”!) Отдаваясь своему сиюминутному счастью, следуя  за своим внутренним голосом… не задумываясь в этот момент о том, что может случиться через минуту. (“Я не могу усидеть, не в состоянии…”, “Смейтесь надо мной, я глупая…”) Потрясающая Раневская была у А.Демидовой, но… “глупой”, незадумывающейся Раневской она не смогла стать даже на минуту. Ей не хватало порой той  безоглядности, той очаровательной легкомысленности, которая есть у Раневской— Нееловой. Когда прохожий просит денег, я верю, что Раневской—Демидовой не жалко дать их нуждающемуся, но вряд ли из ее кармана или сумочки “золотые” могут “посыпаться” просто так.

 

3

Многим актрисам не хватает обыкновенной (!) женственности (Т.Васильева). А Раневская — женщина!!! Каждая клеточка ее существа, каждое ее движение, жест, каждый поворот головы, улыбка, взгляд, звучание голоса… в ней все женственно! А женщина — это всегда тайна, всегда загадка. Раневская не может быть понятной, предсказуемой, простой… Потому—то мы, наверное, каждый раз как впервые с замиранием сердца следим за ее судьбой, как будто и не догадываемся, что она “натворит” через мгновение… Следим и тянемся к ней… Потому что женщина всегда притягивает к себе… Я уверена, что не деньги (да их у нее и нет), а магическая сила женского обаяния и притягательности собирает всех персонажей этой пьесы вокруг главной героини. И любовь! (кстати, имя: Любовь Андреевна) Дар, которым так щедро наделена Раневская. Дар, который делает ее Женщиной с большой буквы, женщиной, у которой есть то, за что можно простить и легкомыслие, и безрассудство, и свойственную ей порой эгоистичность… Потому что, бросая иногда обидные для собеседников фразы, она тут же, спохватившись и увидев причиненную ею только что кому—то боль, от всей души раскаивается и желает исправиться. (Сцены с Петей).  Потому что в ее сердце еще живет «вишневый сад», символ света, любви, незыблемости добра!  Она не понимает зла! Мне кажется, не только не ждет его и не желает его, а даже не понимает— как оно возможно? Зачем? Для чего? Почему? Будучи озорной и игривой, она может подразнить, уколоть, но не желает обидеть, причинить боль.(опять же Раневская Максаковой в этом смысле мне кажется более жесткой, хищной что ли…)

4

Зла не понимает, но беду чувствует… Неелова потрясающе здорово передает женскую интуицию. Да! Раневская не слишком умна, но будучи Женщиной, наделена удивительным чутьем, восприимчивостью… В том числе и по отношению к людям. В отличие от брата она быстрее осознает непоправимость происходящего с ними… В отличие от Гаева, который может много и долго рассуждать, не замечая и не чувствуя, что в этот момент, к примеру, в дверях застыла Аня… Раневская чувствует (каким—то шестым чувством) людей, улавливает то, что творится в самых скрытых уголках их души… Иногда просто нутром знает, какие слова надо сказать Фирсу, чтобы  у него теплая волна прокатилась в груди…Иногда видит то, что люди тщательно скрывают, и пытается подтолкнуть их, направить… Как в случае с Варей и Лопахиным. Нееловой, как ни одной другой актрисе, удалось соединить в своей Раневской эти и многие другие качества. Хочу только написать еще одно слово — пожалуй, главное для меня определение многих ее самых лучших ролей: ПРОНЗИТЕЛЬНОСТЬ. Обрывки телеграммы, которые она собирает украдкой на коленях… разговор с Петей («Я знаю, что это камень на моей шее, но я люблю этот камень и жить без него не могу!»)… застывшая одинокая фигура женщины, узнавшей, что сад продан… безжизненное тело, опущенные в бессилии руки… и наконец, никем и никогда не сыгранное ТАК СИЛЬНО страдание матери, потерявшей сына… вот лишь несколько самых пронзительных мгновений этого спектакля. Ну и, конечно, финальная сцена.

 

5

Но одна Раневская — это очень много, но еще не все. Несомненной удачей является и роль, тема Лопахина. Тут я не буду писать долго, лишь соглашусь во многом с Ириной (когда я перечитываю записанные мною после первого просмотра впечатления, то понимаю, что почти слово в слово попадаю в твой текст там, где описываю Лопахина на коленях). Мне так понравилось то, что удалось сделать из этого героя Г.Волчек и С.Гармашу, что я очень долго не могла найти (сама для себя) нужных слов, чтобы выразить свои мысли. Когда моя подруга, посмотрев, воскликнула: «Боже мой! Наконец—то мне все стало понятно про Варю, почему у них с Лопахиным (изначально) никогда ничего не могло получиться… Он же любит Раневскую!» Мне показалось, что это не совсем то… слишком прямолинейно и слишком примитивно. Да, любит, но как… И тут мысли никак не хотели складываться в слова, пока… я не прочла их черным по белому  в сборнике «Театр в лицах» замечательного критика А.Свободина (купила, конечно, в «Современнике»). Только там речь шла о 1985 г., о Лопахине, сыгранном Андреем Мироновым. Очень советую всем прочесть весь сборник, а эту статью в особенности. Цитирую один фрагмент:

 

6

«С лица мироновского Лопахина не сходит легкая тень обреченности, какого—то, если можно так сказать, социального недоумения. Он — победитель? Он — «новый хозяин»? Боже, какая нелепость! «Приходите все смотреть, как Ермолай Лопахин хватит топором по вишневому саду…»Мироновский Лопахин произносит это как свидетельство чего—то незаконного, абсурдного в жизни. Душа его поражена горечью почти эсхатологических предчувствий, он, этот Лопахин, точно знает, что вскоре за вишневым садом уйдет и он. Горечь эта была характерна для русских купцов  начала века, таких как Морозов, Мамонтов, Щукин. Инстинкт и азарт предпринимательства соединялся в их душах с ощущением тщеты накоплений. Это порождало метания, парадоксы личной жизни, кровавые драмы. Они жертвовали деньги на революцию, которая их сметет, на театры, собирали коллекции живописи, устраивали оперу. Они влюблялись в аристократок, актрис и цыганок и, разорившись или от тоски, пускали себе пулю в лоб. Лопахин Миронова знает: иной, лучшей красоты, нежели та, которую он разрушает, не будет.»

 

7

«А как он любит Раневскую! Есть одна сцена совсем в духе светового кружева, что будто накинуто на происходящее. Когда Раневская перед самым отъездом уходит, чтобы послать к нему Варю, он замечает на одном из чемоданов забытые ею перчатки. Медленно берет их и задумывается. Потом кладет на место. И в это мгновение мы понимаем: ПРЕДЛОЖЕНИЯ ВАРЕ ОН НЕ СДЕЛАЕТ, и ПОНИМАЕМ, ПОЧЕМУ. Нет, не потому, что он откровенно влюблен в Раневскую, это порой играют, но это не в духе поэтики пьесы. Перед ним проходит вдруг идеал женщины, которую он бы любил, если бы не был сыном мужика, не ставшим еще даже и полуинтеллигентом, а был бы тем, каким он нередко видит себя в смутных фантазиях…»

Удивительно написано! Только мне кажется, что Лопахин— Гармаша еще более удачное попадание в образ, чем у Миронова, т.е. сама его человеческая природа (внешность, голос, руки, походка…) ближе к чеховскому герою. Я бы хотела написать еще о Шарлотте, Фирсе и др, но… наверное, уже порядком надоела своими длинными сообщениями. Заранее прошу прощения. Краткость —сестра таланта, комплимент не в мою пользу, увы.



     назад